Вот уже пятый год она заключенная в одиночке. С утра до вечера – одно и тоже. В основном она лежит. Лишь изредка может сесть. Постель мягкая и чистая, туалет рядом, вернее стул с ведром, кормят три раза в день, убирают, если что-то болит – дадут лекарство, если совсем уж худо – вызовут врача, каждый день заходит дочь, а по выходным или праздникам приезжают другие две дочери. Грех, казалось бы, жаловаться, потому что другие, такие же, как она, и такого не имеют и ждут окончания заключения как собаки среди грязи, вони, боли, тупо глядя в потолок и сходя с ума.
Но вот уже пять лет не выходя!
В голове спутались не только даты и дни. Порой не возможно вспомнить: обед был или ужин, что ела, сегодня среда или четверг. Потому что сегодня как вчера, а завтра будет такое же, как сегодня. Один вопрос: когда? «Скорее бы, тяжело ждать».
Говорят, в вечности нет времени. Но для нее Время остановилось, или Вечность уже началась. Нет будущего, настоящее почти исчезло, есть жизнь только в прошлом… Только в воспоминаниях.
Что помнит она? Бедность, страшная, непролазная бедность…
Германия, лагерь для осторбайтеров, голод, съедающий все внутри, постоянный страх, унижения и страшное желание выжить, но не просто остаться в живых, а остаться чистой и остаться человеком.
Возвращение в раскуроченную и сожженную Украину. Семья, дочери и непосильный труд с ночи и до ночи. Хлеб она любит до сих пор. Не шоколад, не апельсины, а хлеб. «Без хлеба я голодная». Заботы, болезни, радости…Внуки! И работа, работа, работа… ВСЕ для них: для детей, для внуков. Сердце постелила им под ноги, чтобы мягко было идти по жизни. Душу свою поделила на кусочки, не меряя, но каждому с избытком. Жизнь пролетела как миг, а сколько воспоминаний! В памяти каждая мелочь. Не сотрешь, не избавишься. Это ЕЕ жизнь.
- А что сейчас? «Не помню…»
- Как дела? Что делаешь? «Жду…и думаю».
- О чем? «О каждом из вас. Как вы там? А еще молюсь…»
Истерзанное трудом и заботами тело и уставшая от болей и радостей душа. Устала от жизни… Скоро конец заключения… Скоро домой…
Но как же нам будет тебя не хватать! Зная, что скоро освободишься, слезы сжимают горло. Как бы мама не ухаживала за тобой, ты порой забываешь, что она твоя дочь. Как бы сильно мы тебя не любили, мы не можем удержать тебя здесь. Я так далеко от тебя, моя бабушка! На другом конце света. Не смогу обнять твои плечи перед твоим уходом. Не смогу прижаться к тебе перед расставанием. Не могу опуститься на колени перед твоей кроватью и поцеловать твои высохшие руки. Но ты знаешь, что я люблю тебя. Ты дала жизнь моей маме, а значит и мне, и моему сыну. Я не говорю тебе «прощай», ибо знаю, что встретимся. Я говорю тебе "прости", что так мало дарила тебе любви. А ты никогда и ничего не просила, разве что поправить подушку...
Единственное, что притупляет мою боль – ты будешь с Ним. Он утрет твои слезы, заберет бесконечную земную боль. Скоро все, нет, не закончится, а только начнется…
Но сейчас - это стон и боль моей души, родная.
Radmila Clark,
Wasilla, Alaska, USA
Стремлюсь, не достигну ли и я, как достиг меня Христос Иисус e-mail автора:radmila_sn@mail.ru
Прочитано 11757 раз. Голосов 6. Средняя оценка: 5
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
У нас бабушка живет 7 лет без ног и глухая.После прочтения вашего произведения у меня открылись глаза на многое... Со слезами на глазах прошу у нее прощения,она не слышит ,но тоже плачет.Спасибо.
лена
2007-09-26 11:26:00
У нас бабушка живет 7 лет без ног и глухая.После прочтения вашего произведения у меня открылись глаза на многое... Со слезами на глазах прошу у нее прощения,она не слышит ,но тоже плачет.Спасибо. Комментарий автора: Слава Богу! Вы не представляете, как я рада этому. Вижу и знаю, как сокрушаются мои родные, как корят себя, когда не хватает любви, терпения, нежности и понимания к старому человеку, который так устал жить, время которого здесь на земле - боль. Мы не можем понять, что чувствует старый человек, да еще прикованный к постеле. Мне очень жаль стариков. Старость - это будущее многих, но мы забываем, что, если Бог позволит, то когда-то и мы прийдем в этот возраст. И только Он знает, что нас там ждет... в этом последнем пункте земной жизни.
Radmila Clark
Реальность - Андрей Скворцов Я специально не уточняю в самом начале кто именно "он", жил. Лес жил своей внутренней жизнью под кистью и в воображении мастера. И мастер жил каждой травинкой, и тёплым лучом своего мира. Их жизнь была в единстве и гармонии. Это просто была ЖИЗНЬ. Ни та, ни эта, просто жизнь в некой иной для нас реальности. Эта жизнь была за тонкой гранью воображения художника, и, пока он находился внутри, она была реальна и осязаема. Даже мы, читая описание леса, если имеем достаточно воображения и эмоциональности можем проникнуть на мгновение за эту грань.
История в своём завершении забывает об этой жизни. Её будто и не было. Она испарилась под взглядом оценщика картин и превратилась в работу. Мастер не мог возвратиться не к работе, - он не мог вернуть прежнее присутствие жизни. Смерть произвёл СУД. Мастер превратился в оценщика подобно тому, как жизнь и гармония с Богом были нарушены в Эдеме посредством суда. Адам и Ева действительно умерли в тот самый день, когда "открылись глаза их". Непослушание не было причиной грехопадения. Суд стал причиной непослушания.
И ещё одна грань того же. В этой истории описывается надмение. Надмение не как характеристика, а как глагол. Как выход из единства и гармонии, и постановка себя над и вне оцениваемого объекта. Надмение и суд есть сущность грехопадения!
